Prove They Are Alive!
За демократию и права человека в Туркменистане  For Democracy and Human Rights in Turkmenistan
20.11.2017  
Заграница

11.05.2017
Война до победных переговоров

Алексей Афонский

Соединенные Штаты собираются увеличить военный контингент в Афганистане

Советники Дональда Трампа во главе с Гербертом Макмастером предложили президенту перебросить в Афганистан еще три тысячи военных, чтобы усилить роль Вашингтона в стране.

Это позволит официальному Кабулу удержать власть, но при этом может еще больше запутать ситуацию, в которой спутались интересы сразу нескольких сторон: талибов, исламистов, Москвы и Вашингтона.

The Washington Post пишет, что ключевые советники Трампа предложили ему практически заново переписать действующую стратегию поведения в Афганистане, чтобы существенно расширить полномочия Пентагона. Так, военному ведомству могут дать право самостоятельно определять текущую численность группировки войск и принимать решения об ударах по позициям талибов. Действующие ограничения по количеству военных консультантов в Афганистане, введенные администрацией Барака Обамы, предлагается вовсе отменить.

Задуматься о переменах Вашингтон заставила все возрастающая активность боевиков. Многие высокопоставленные военные даже заговорили о возрождении Талибана. Новая редакция стратегии, по мнению авторов материала, фактически поставит Соединенные Штаты в положение войны с талибами. При этом цель Пентагона — не уничтожить боевиков, а усадить их за стол переговоров.

«Да, новая стратегия предусматривает отправку в Афганистан дополнительных войск, но это не значит, что мы собираемся добиться победы исключительно военным путем. Речь, скорее, идет о попытке добиться разрешения конфликта дипломатическим путем», — рассказал The Washington Post эксперт по Афганистану американского Института мира Эндрю Уайлдер.

В военном ведомстве говорят, что политика Обамы по сокращению американского присутствия привела к ухудшению ситуации в стране и сделала операцию в Афганистане стала самой долгой войной в истории США. В итоге Трамп оказался в неудобном положении. Президент, который во время предвыборной кампании много говорил о том, что не позволит армии завязнуть в новых зарубежных конфликтах, столкнулся с угрозой терроризма, с которым тоже обещал покончить.

При этом Афганистан представляет особую ценность для США еще и как основная база для борьбы с главными террористическими организациями региона — «Аль-Каидой» и ИГИЛ (запрещены в России). Пентагон опасается, что боевики накопят достаточно сил для свержения правительства Ашрафа Гани. Один из пунктов новой стратегии предусматривает увеличение расходов на поддержку официального Кабула.

Однако, несмотря на всю очевидность опасности, которую представляют талибы, у новой стратегии есть и противники в лице высокопоставленных чиновников вашингтонской администрации. Они боятся, что увеличение контингента приведет лишь к временным улучшениям. Скептики называют план Пентагона «войной Макмастера» по имени советника президента по национальной безопасности. Накануне Bloomberg со ссылкой на источники в Белом доме написал о назревающем конфликте между Трампом и Макмастером. Глава государства якобы недоволен поведением своего советника, который постоянно мешает ему проводить брифинги, задавать на них вопросы и даже поучает его.

Президент, по данным издания, был шокирован новостью о том, что Макмастер самостоятельно вел переговоры с властями Южной Кореи. Обеспокоенность проявляет и главный стратег Белого дома Стив Бэннон, который опасается, что его коллега обманом навяжет Трампу агрессивную международную политику, против которой тот активно выступал перед выборами. Таким образом, главе государства еще предстоит выслушать аргументы за и против новой стратегии по Афганистану и, возможно, самому внести в нее коррективы. Ожидается, что окончательное решение будет принято до саммита НАТО, который состоится 25 мая в Брюсселе, и который Трамп собирается посетить лично.

Ситуация в Афганистане, тем временем, все больше обостряет противоречия между Вашингтоном и Москвой. В 2000-х годах операция «Несокрушимая свобода» сплотила две страны в борьбе с талибами. Россия, хоть никогда и не входила в западную коалицию, оказывала ей содействие. В 2008-10 годах Кремль заключил соглашения с властями США, Германии и Италии о транзите вооружений через территорию России. Однако в последние годы РФ все чаще рассматривает талибов в качестве вынужденных союзников в борьбе с ИГИЛ.

В декабре 2015 года спецпредставитель президента по Афганистану Замир Кабулов заявил о совпадении интересов двух сторон. «Интересы талибов и без стимулирования объективно совпадают с нашими», — говорил дипломат, добавляя, что у Москвы есть каналы связи с талибами для обмена информацией. Также Кабулов не исключил возможности поставок боевикам оружия, оговорившись, что это будет происходить «осторожно и, в основном, на коммерческой основе».

По словам дипломата, талибы «в основной своей массе действуют как национально-освободительное движение» и воюют против «американцев, которые для них оккупанты, захватившие их родину, несущие угрозу их культурным и религиозным традициям». В свою очередь, источники в «Талибане» тоже рассказывали западным журналистам, что могут сотрудничать с российской армией «в зависимости от развития сценария на Ближнем Востоке». Потенциальному союзу не мешало даже то, что движение с 2006 года запрещено в России как террористическая организация.

Эксперты говорили, что Москва долгие годы игнорировала талибов и соглашалась иметь дело только с моджахедами, даже несмотря на то, что еще недавно воевала с ними. Теперь же в Кремле увидели в «Талибане» меньшее зло по сравнению с ИГИЛ и решили переманить его на свою сторону. Для этого, впрочем, нужно сначала преодолеть раскол среди самих талибов, которые после смерти своего лидера муллы Омара разделились на три «фракции».

Независимый эксперт по Центральной Азии Аркадий Дубнов называет такое сотрудничество вполне нормальным явлением. «С талибами все имели контакты, и американцы в том числе, с тех пор как они появились на этой сцене 20 лет назад», — отметил он в беседе с «Профилем».

Официальный Кабул всячески предостерегает кого бы то ни было от сотрудничества с талибами против других исламистов. Советник президента Ханиф Атмар во время мартовского визита в Москву говорил, что «Талибан и ИГИЛ — по сути одно и то же, у них одни истоки, одни и те же интересы и идеология». При этом Атмар утверждал, что власти Афганистана заинтересованы в присутствии дополнительного американского контингента в стране. «Мы подписали соглашение о создании миссии НАТО в Афганистане. Цель этого соглашение — не предоставить иностранцам военную базу, а возродить афганские вооруженные силы. В связи с тем, что некоторые глобальные и региональные террористические группировки в последнее время набрали силу, мы считаем, что существует необходимость внести изменения в численность контингента. Возможно, нужно разместить еще четыре или пять тысяч военнослужащих», — говорил чиновник.

Благосклонно он высказывался и о возможных контактах Москвы с Талибаном, но только при условии, что это поможет национальному примирению: «[Секретарь совета безопасности РФ] Николай Патрушев и [министр иностранных дел] Сергей Лавров объяснили нам, что они хотят, чтобы талибы уважали Конституцию Афганистана, отказались от насилия, разорвали связи с другими террористическими группировками и признали правительство Афганистана как законное», — отмечал Атмар.

Таким образом, нынешние афганские власти и Талибан, очевидно, преследуют разные цели. Боевики хотят освободить страну от «американской оккупации», в то время как Кабул не прочь сотрудничать с Вашингтоном и НАТО в деле возрождения своей армии. В середине апреля Пентагон применил в афганской провинции Нангархар сильнейшую в мире неядерную бомбу, известную как MOAB (Massive Ordnance Air Blast или неофициально — Mother of All Bombs). Жертвами снаряда стали 36 исламистов из «группы Хорасан», сформировавшейся из бывших бойцов Талибана. Москва назвала удар «ни с кем не согласованной демонстрацией силы», но некоторые плоды она все же принесла.

Через две недели властям сдался авторитетный полевой командир и бывший премьер-министр страны Гильбуддин Хекматияр, находившийся в подполье больше 20 лет. Он призвал своих сторонников сложить оружие и прекратить «бессмысленную войну, не имеющую ничего общего со священной войной». Воевать против афганской армии, по словам Хекматияра, «бессмысленно и незаконно». Правда, теперь уже бывший боевик не имеет отношения к талибам — он принадлежит к моджахедам.

Противники новой стратегии Макмастера указывают на ее изъяны. Кроме очевидной нагрузки на бюджет, против которой неоднократно выступал Трамп, она влечет за собой риск укрепления Талибана: поддержка афганского правительства и борьба с коррупцией в его рядах нередко вынуждает уволенных военных и чиновников переходить на сторону боевиков. Скептики напоминают, что численность контингента не всегда приводила к боевым удачам. Во времена президентства Обамы она могла достигать ста тысяч человек, но талибы все равно не шли на уступки в переговорах с Вашингтоном. Разочаровавшийся бывший президент сократил присутствие военных и лишил Пентагон некоторых полномочий, которые теперь предлагается вернуть.

«История очень непростая. С одной стороны, без помощи НАТО кабульский режим устоять не сможет. Он контролирует все меньше и меньше территории, и даже там, где контролирует, это весьма условный контроль, особенно в северных провинциях Афганистана, — говорит Аркадий Дубнов. — С другой стороны, похоже, что Трамп передает все полномочия и бразды правления по афганскому умиротворению своим генералам. Эта новая диспозиция, на мой взгляд, ничего хорошего не предвещает. США последовательно проводят линию по разделению нелояльных кабульскому режиму боевиков на Талибан и ИГИЛ. Причем Талибан они атакуют и пытаются подорвать его влияние, в то время как ИГИЛ они, пусть и негласно, оказывают поддержку. И это совершенно удивительно».

По внешним признакам, эта ситуация может привести к «сириизации» Афганистана, считает Дубнов. «В Сирии внутренние акторы гражданской войны поддерживаются внешними акторами. С одной стороны, это западные и арабские страны, с другой — Россия, Иран и, временами, Турция. В Афганистане может сложиться что-то похожее: внутренние акторы гражданской войны будут поддерживаться разными внешними силами. Американцы навязывают такую схему: Россия уже поддерживает Талибан, а США делают ставку на ИГИЛ, укрепляя его базы на Севере. Это может привести к тому, что страны Средней Азии, граничащие с Афганистаном под угрозой экспансии ИГИЛ попросят Россию о военной помощи. Все может привести к тому, что чужими руками Россия и Америка будут втянуты в военный конфликт».

В конце апреля в Мазари-Шарифе был уничтожен полк регулярной армии Афганистана. Причем таинственным образом десять боевиков в форме военных истребили больше, чем 300 солдат. Есть данные, что это была измена внутри гарнизона. За все четыре часа, что шел бой, помощь так и не была оказана. В этой истории очень много загадок и простора для конспирологии. Как и во всей ситуации в Афганистане. Понятно лишь то, что все идет в не самом подходящем направлении для стабилизации ситуации», — резюмирует Дубнов.

Тем не менее, временами американские военные ликвидируют «высокопоставленных» командиров ИГИЛ. Накануне было объявлено об уничтожении главаря организации в Афганистане Абдула Хасиба. Он погиб в результате удара американского беспилотника в той самой провинции Нангархар, где месяцем ранее была сброшена «мать всех бомб». Хасиб был организатором нескольких терактов, в том числе мартовской атаки на кабульский госпиталь, когда нападавшие переоделись в белые халаты и убили несколько десятков врачей и пациентов.

Источник :: Профиль
Ê Вариант для печати


Обсудить эту статью